22.02.2017

В отечественном оборудовании для нефтегазовой отрасли есть потребность и есть разработки. Не хватает главного — поля, где сошлись бы интересы сторон.

Минпромторг РФ заявил в июле о необходимости локализации поставок оборудования в границах РФ. На международной конференции по импортозамещению в рамках Иннопрома-2016 заместитель директора департамента станкостроения и инвестиционного машиностроения этого ведомства Евгений Муратов сообщил, что в 2020 году российским будет считаться продукт, имеющий право на производство, чертежи и 80% отечественных комплектующих.

Отечественная нефтегазовая отрасль ожидает утверждения критериев (на это заложено полтора-два месяца), по которым будет определяться принадлежность профильного оборудования. Муратов подчеркнул, что они коснутся солидного списка номенклатуры — буровых установок, катализаторов, нефтеперерабатывающего оборудования.

По планам Минпромторга, доля российского оборудования должна к 2020 году вырасти с 40% до 57%. В чем нуждается российская нефтянка, что предлагает отечественная инженерная школа и почему наш производитель оборудования не может заместить иностранного лицензиара?

Не замещение, а независимость

Президент Союза нефтегазопромышленников России Геннадий Шмаль на международной конференции «Нефтегаз: российское не закупать импортное» заострил внимание на идеологическом аспекте:

— Полностью отказаться от импорта нереально ни технически, ни экономически. Есть оборудование, которое нужно в единственном экземпляре. Что же, мы должны завод строить?.. «Импортозамещение» подразумевает следующее: то, что мы делаем, уже производится на Западе, мы клонируем образцы. Но это вчерашний день, а нам нужен завтрашний. Значит, нужно говорить об «импортонезависимости».

И вся работа по снижению импортозависимости должна быть направлена на то, чтобы наше оборудование и технологии были конкурентоспособны.

Специалист отдела закупок группы компаний «Штарк» (строит станции водоочистки для таких крупных промышленных объектов, как «Ямал СПГ») Татьяна Кошелева согласна, что вопрос не в замене одного другим:

— В рамках некоторых проектов российского нефтегазового оборудования просто не найти. Мы столкнулись с единственным отечественным производителем, качество которого не уступает зарубежным аналогам. Это компания «Метран», которая выпускает различные датчики (измерители давления, уровнемеры) по адекватной цене (подробнее о компании см., например, «У нас не глубинка, у нас глубина», «Э-У» № 26 от 22.06.2015). Но, к примеру, отыскать хороший российский дегидратор для строительства очистных сооружений просто невозможно. Выручает Китай, причем многое китайское оборудование давно опередило европейское.

По данным Надежды Поповой, аналитика в сфере исследований рынка/маркетинговых исследований компании «Балакин Сотоварищи», наиболее привлекательными для импортозамещения с точки зрения соотношения стоимости заказа, цены на продукцию и количества заказов являются системы верхнего привода, превенторы, насосные цементировочные агрегаты. За ними следуют бурильные трубы и спускоподъемное оборудование. Согласно структуре российского импорта оборудования за 2013 — 2015 годы, 67,6% по количеству поставленных позиций приходится на компоновку низа буровой колонны. К перспективной относится сфера замещения всего, что касается производства программного обеспечения, технологий мониторинга. Сложной может стать программа шельфовой тематики, отметил на профильной конференции «Иннопрома-2016» заместитель начальника департамента 335 ПАО «Газпром» Владимир Вавилов: «Ряд компаний и производителей не сталкивались с сегодняшними проектами и не представляют объемы и финансирование в части оборудования. Здесь у нас безусловно сохраняется зависимость от крупнейших лицензиаров».

Умные буры и разведка с воздуха

Российские конструкторские бюро и консорциумы сегодня готовы заместить импорт в некоторых перечисленных нишах. Перечень того, что наш производитель может предложить нефтегазу, читается как научно-производственная фантастика: умное бурение, беспилотная съемка. Некоторые разработки не имеют зарубежных аналогов, а производители других уверены, что создать аналог вполне по силам.

Как рассказывает менеджер по развитию компании GTI (программное обеспечение для нефтяной отрасли) Антон Кристя, в российской нефтянке до сих пор 90% используемого программного обеспечения — импортное: «И это при том, что у нас исторически сильные кадры и в программировании, и в геологии. Создать как минимум качественный аналог не представляется невыполнимой задачей».

GTI разрабатывает технологии умного бурения (smart drilling) — геонавигационное, геомеханическое и петрофизическое программное обеспечение для бурения наклонно-направленных и горизонтальных скважин.

— Во время бурения датчики приборов собирают информацию на глубине нескольких тысяч метров под землей и передают по гидродинамическому каналу информацию о текущем положении КНБК и физических параметрах пласта, в котором ведется бурение, — рассказывает Антон Кристя. — Эти данные в автоматическом режиме через спутниковые каналы связи передаются за тысячи километров и попадают в специализированный программный комплекс, происходит автоматическое обновление моделей и петрофизических данных. После финальной обработки геологом это позволяет сформировать рекомендации на бурение следующего участка. После выработки рекомендаций команда на бурение по интернет-каналу передается на буровую. При этом геолог может находиться где угодно, в любой точке мира, хоть в офисе, хоть в кафе — главное, чтоб при нем был ноутбук с интернетом.

У инновационного продукта компании Qualitet Systems — бессепарационного влагомера для непрерывного измерения обводненности двухфазового трехкомпонентного скважинного потока — аналог в мире только один: это влагомер Red Eye от американской Wetherford, отмечает Вадим Гарнаев, CEO Qualitet Systems. 

— У нас использована другая технология, оборудование разработано с нуля. Прошли сертификацию как средство измерения. Преимущество нашего влагомера в том, что для измерений не требуется применение дорогостоящих и массивных сепараторов, достаточно вставить датчик в трубу. Наш влагомер восьмиканальный. Если устанавливать его на куст скважин, можно получить очень низкую стоимость точки замера. Также мы разработали систему подогрева электродов, что позволило нам работать на высокопарафинистых нефтях, — рассказывает топ-менеджер Qualitet Systems. 

В компании «Совзонд» (российский интегратор в области ГИС-технологий и аэрокосмического мониторинга, в том числе для нужд нефтегазовой отрасли) заявляют, что российским разработчикам вполне под силу обеспечить спрос на оборудование, ставшее недоступным:

— Для контроля состояния трубопроводов, уровня загрязнения и прочего анализа, как правило, использовались данные космической съемки. До начала политики импортозамещения российские компании активно закупали данные зарубежных космических аппаратов высокого и сверхвысокого разрешения. Однако санкции и скачок стоимости валюты сделали эти закупки предельно дорогими, а порой и вовсе недоступными. Это дало импульс для развития российского рынка пилотируемой и беспилотной аэросъемки, — говорит директор по науке и инновациям компании «Совзонд» Илья Рыльский.

Россия в состоянии освоить нишу поставок флотов многостадийного гидроразрыва нефтяных и газовых пластов (ГРП), большая часть которой занята импортом, убежден Николай Журавлев, генеральный директор консалтингового агентства «Мастерпланс». Агентство разработало бизнес-план для консорциума по импортозамещению флотов ГРП, в который вошли Тихорецкий машиностроительный завод им. В.В. Воровского, КБ «Автоматика», «Калужский двигатель», ООО «Крезол-НефтеСервис», Русская фрактуринговая компания.

— ГРП сегодня — самый эффективный метод повышения нефтеотдачи. Он крайне востребован, поскольку 2/3 всего объема добычи нефти в России приходятся на Западную Сибирь, где большинство самых крупных месторождений находятся на последней стадии разработки, объемы добычи снижаются. В России оперирует около 90 — 95 флотов. Наибольшее их количество принадлежит западным нефтесервисным компаниям, — говорит Николай Журавлев. — Флоты возрастные, постепенно выбывают из-за израсходования моторесурса. С учетом санкций, которые напрямую распространяются на это оборудование, через пару лет выбывание пойдет очень быстро. Стоимость российских флотов ГРП ощутимо ниже западных аналогов при сопоставимой надежности и производительности, замещение импортных флотов нашими в ближайшие годы не вызывает сомнений. А в перспективе можно будет подвинуть западные нефтесервисные компании и на других рынках.

(Не)рыночный аспект

Итак, налицо и спрос, и предложение: благо, российская конструкторская мысль еще жива. Почему замещения не происходит?

— Условия для импортозамещения создала внешняя конъюнктура, а не реализация конкретной стратегии правительства. Несмотря на отсутствие его эффективных действий, условия для импортозамещения в России возникли сами собой: из-за выросшего курса доллара и евро к рублю импортная продукция подорожала, благодаря чему отечественная стала более конкурентоспособной. Кроме того, в связи с политической ситуацией с рынка ушли некоторые конкуренты, — формулирует президент ГК «Пермская компания нефтяного машиностроения» Евгений Мокроносов.

В документах правительства есть программы импортозамещения, но почти нет механизмов их воплощения. В качестве таких мер могут выступать заградительные таможенные пошлины, квоты по ограничению поставок импортных товаров, субсидии российским производителям, пониженные кредитные ставки и т.п. Подобные меры были и раньше. В результате кризиса возникло понимание импортозамещения как пути повышения доступности нужной продукции, но осталось в основном не понятно, как это импортозамещение осуществить, подчеркивает глава ПКПФ. В качестве частного примера он приводит создание Фонда развития промышленности РФ, предоставляющего кредиты с низким процентом: «Наша группа компаний получила заём от фонда в размере 300 млн рублей на создание бурильных систем премиум-класса для нефтяных и газовых скважин. Желающих получить подобные займы много, реальных же претендентов меньше, поскольку в силу предшествующей экономической политики крайне мало предприятий, способных выполнить условия фонда».

Было бы неправильно ставить цель — производить все в России, полностью исключить импортные поставки оборудования. Необходима кооперация, международное разделение труда и конкуренция, однако некоторые преференции для отечественных предприятий нужны. Так обстоят дела в развитых странах. В частности, в США введены пошлины на поставку утяжеленных бурильных труб из Китая до 97%, а в России та же ПКНМ как производитель аналогичного оборудования подобных привилегий не имеет: зарубежные компании работают на тех же условиях, то есть с нулевой таможенной пошлиной.

Но самое сложное — решить проблему менталитета, когда люди уверены в том, что сделано за границей обязательно лучше российского, итожит глава инновационной отечественной компании Qualitet Systems Вадим Гарнаев:

— Нефтяной рынок в РФ живет своей жизнью и не регулируется никакими рыночными законами. Если у вас есть достойное оборудование, это не значит, что его у вас будут покупать. Кто-то боится принять решение о внедрении, кто-то не верит в работоспособность, кто-то ссылается на отсутствие финансирования. В общем, главная проблема внедрения — это отсутствие выхода на людей, способных принять решение.


http://expert.ru

Возврат к списку


Вверх